Супруги Орловы
Рассказ начинается описанием жуткой драки между Орловыми в их квартире, которая расположена в подвале старого и грязного дома купца Петунникова. За дракой наблюдает весь двор во главе с Сенькой Чижиком — учеником маляра — озорным мальчишкой лет 12-ти. Сенька — «страстный любитель всевозможных происшествий», «полуребенок, полувзрослый, живой и впечатлительный, он, как губка влагу, жадно впитывает в себя грязь окружающей его жизни, на лбу у него уже есть тонкая морщинка, признак, что Сенька Чижик думает». Хотя к этим субботним дракам супругов-сапожников все обитатели дома уже привыкли, все равно прибегают поглазеть. Григорий (муж) всегда побеждал Матрену (жену) и уходил в кабак, а она, кой-как выбравшись из подвала, ждала его возвращения на улице. Ждала она его, чтобы помочь пьяному мужу спуститься в подвал, т. к. однажды он вывихнул руку, упав с лестницы, и 2 недели не мог работать. Григорий возвращался с чувством вины перед женой и ненавидел ее в эти моменты за то, что она права.

Женаты они были 4-й год, был у них ребенок, но умер, они надеялись, что у них будут еще дети, но их все не было. Жили они очень однообразно, вставали утром, пили чай, работали вместе, Григорий делал чистую работу, требовавшую руки мастера, Матрена делала работу попроще. Иногда пели, иногда ругались. «Оба они — молодые и здоровые люди — любили друг друга и гордились друг другом. Гришка был такой сильный, горячий, красивый, а Матрена — белая, полная, с огоньком в серых глазах, — „ядреная баба“, — говорили о ней во дворе. Они любили друг друга, но им было скучно жить, у них не было впечатлений и интересов, которые могли бы дать им возможность отдохнуть друг от друга, удовлетворяли бы естественную потребность человека волноваться, думать, — вообще жить». У Орловых не было цели в жизни, поэтому жить им было трудно.

Однажды это однообразие было нарушено. Рано утром в их комнату спустился студент-санитар, он интересовался их здоровьем, советовал лучше следить за чистотой, т. к. в городе начинается холера, задавал вопросы, давал советы, потом ушел. Весь день супруги находились под впечатлением от его посещения, разговаривали только о нем. Им было очень приятна его забота о них, т. к. больше никому до них и дела не было. В их мрачном подвале все как будто осветилось энергией молодости и доброты этого студента.

А на следующий день появилась 1-я жертва холеры в доме Петунникова — гармонист Митрий. Григорий дружил с ним, они вместе пили в кабаке по субботам. Григорию всегда нравилось в гармонисте его жизнелюбие, оптимизм, беззаботность. Он был весельчак и красавец, щегольски одевался, в общем очень любил жизнь. Григорий одним из 1-х пришел к нему и не узнал. Это был уже не человек, а скорее труп. Резкий контраст этот очень поразил Григория, он привел студента, и гармониста увезли.

Григорий решает идти санитаром в холерный барак «прямо в пасть влезу — глотай, а я ногами буду дрыгать» — говорит он о холере. Матрена после некоторых раздумий решается идти вместе с ним. 1-й день на дежурстве прошел трудно, оба они очень устали, затем стало полегче, потому что привыкли. Живут они на разных половинах барака и не очень часто видятся. Григорий очень быстро заслужил уважение со стороны старших докторов, т. к. был понятлив, расторопен и хорошо выполнял свои обязанности; и зависть со стороны своих соратников-санитаров. Им овладевает великое желание прославиться своими подвигами, он хочет всем помочь, он хочет поделиться своими мыслями с кем-нибудь , но не с кем, кроме Матрены. Он часто стал заходить к ней и делиться своими мыслями, которые она плохо понимала, но выслушивала каждое слово. Наступил период успокоения между супругами, они уже не ругались, не дрались, Григорий стал более нежен и заботлив. Но вместе с мечтами о великом подвиге Григория посещали и другие мысли — о равенстве людей, которого он не видел; почему доктора радуются спасению Мишки Усова, которому место на каторге; мысли о смерти, ее внезапности и неотвратимости; мысли о неясном будущем и т. д.

Матрена тоже стала ценным работником, у нее нет никаких глобальных мыслей и противоречий в душе, как у Григория, но зато у нее повысилась самооценка от осознания своей нужности. Сама она как будто выросла в своих собственных глазах и теперь уже позволяла себе в разговорах с мужем снисходительный тон. Она все так же любила мужа, но теперь чувствовала, что он ее должник. Григорий не подозревал даже о проснувшемся в жене самосознании, т. к. даже предположить такого не мог.

В барак привезли Сеньку Чижика, ему нельзя было помочь, он умер. Григория, уже привыкшего к смерти, эта смерть мальчишки потрясла до глубины души. «Мальчишку-то за что?» — воплотил он в один вопрос свои ощущения…Он рассказал Матрене о смерти Сеньки, его разозлила холодность, как ему показалось, с которой жена восприняла эту новость. Его раздражение внутренними противоречиями перешло в злость на Матрену. Григорий стал корить жену за то, что у них до сих пор нет детей. После этих слов Матрену словно прорвало. Она не могла стерпеть такого несправедливого обвинения от мужа. Виноват в их бездетности только он: ведь это он бил ее нещадным образом все 4 года совместной жизни «Как ты мучил, истязал меня? Знаешь ли ты, сколько крови из меня лилось после мучительства твоего? […] Убивал ты, сам убивал деток-то своих! […] Неужто я не как все женщины — не хочу детей! […] Вижу дитя чужое — горечью захлебываюсь от зависти и жалости к себе…». Григорий не ожидал от жены такого, он был просто поражен. «Она была теперь вдвое сильнее его, он это чувствовал и трусил; не мог встать и ударить ее, как сделал бы, если бы не понимал, что она переродилась, впитав великую силу откуда-то».

После этого разговора Григорий ушел и не появлялся до вечера. Он пришел и стал просить прощения у Матрены, но она лишь отвечала, что ей от него ничего не нужно. Тогда он достал нож, но Матрена не испугалась, а сказала совершенно равнодушно «Эх, кабы ты меня зарезал». Григорий положил нож и стал жаловаться жене, что он хуже холерного — у него в сердце судороги, он охвачен мыслями о бесцельности человеческой жизни, затем, вновь озверев, стал бить ее, и опять ее равнодушие поразило его. Прибежавший на шум доктор выгнал Григория, который нес уже совсем несусветный бред, сам осознавая это. Барак он называет морильней, «больных лечите… а здоровые помирают от тесноты жизни…». Григорий зовет Матрену уйти вместе с ним, но она твердо решила остаться.

Орлов несколько раз подкарауливал жену и бил. После роспуска барака докторша устроила Матрену учить детей сапожному мастерству, ей дали комнату и 12 рублей жалования. Мужа с тех пор она больше не видела. Взяла себе 2-х детей на воспитание, и жила с ними на эти 12 рублей вполне счастливо, хотя и бедно. Но скорее всего у нее развивается чахотка (туберкулез), т. к. она кашляет, и на щеках у нее играет зловещий румянец. Это она рассказала автору историю своей жизни. Автор нашел и Григория в одном кабаке и долго с ним разговаривал, Орлов все также помышляет о подвиге, но не ради людей, а просто, чтобы плюнуть на всех с высоты своего презрения к ним. «И сказать им:“ Ах вы, гады! Зачем живете? Как живете? Жулье вы лицемерное и больше ничего!“А потом вниз тормашками и — Вдребезги!» О себе он говорит так: «Я родился с беспокойством в сердце… судьба моя — быть босяком!». Его душит ненависть ко всем и ко всему мировому устройству.

Заканчивается рассказ описанием кабака, в котором сидят автор и Орлов. «Тяжелая дверь кабака, в котором я сидел с Орловым, то и дело отворялась и при этом как-то сладострастно повизгивала. И внутренность кабака возбуждала представление о какой-то пасти, которая медленно, но неизбежно поглощает одного за другим бедных русских людей, беспокойных и иных…».

Share on FacebookShare on VKShare on Google+Tweet about this on Twitter

Читайте также: