Жила в деревне крестьянка. При ней жил сын ее Семен, неженатый еще. Жили они бедно: спали на соломе, одежонка у них старая, латаная и в рот им положить нечего. Жили они давно: тогда земли у крестьян было мало, а что и было, так неродящая была земля: что и посеет крестьянин, то вымерзнет, а не вымерзнет, так от засухи посохнет, а не посохнет, так вымокнет, а не вымокнет, так саранча пожрет. 
Получал Семен в городе пенсию за отца — копейку в месяц. 
Вот идет Семен однажды с деньгами, с копейкой, и видит: 
один человек надел собаке веревку на шею и удавливает ее. А собака-то всего маленькая, беленькая, щенок. 
Семен к тому человеку: 
 — Ты пошто щенка мучаешь? А тот ему: 
 — А какое тебе дело? Хошь убью, хошь нет — не твое дело. 
 — А ты продай мне его за копейку! 
 — Бери! 
Отдал Семен последнюю копейку, взял щенка на руки и пошел домой. 
 — Нет у меня коровы, нет лошади, зато щенок есть. Принес он щенка домой, а мать бранится:
 — Глупый ты у меня! Нам самим есть нечего, а он собак покупает! 
 — Ничего, мама, — отвечает ей сын, — и щенок скотина: не мычит, так брешет. 
Через месяц Семен снова пошел в город за пенсией. Вышла копейка прибавки, получил он две копейки. 
Идет он домой, а на дороге тот же человек кошку мучает. Подбежал Семен к нему: 
 — Пошто ты живую тварь уродуешь? 
 — А тебе-то что? Чай, кошка-то моя! 
 — Продай ее мне! 
 — Купи, да кошка-то, гляди, дороже собаки. 
Сторговались за две копейки. 
Понес Семен кошку домой. Мать пуще прежнего забранилась на сына — и в тот день до вечера бранилась, и на другой день с утра начала браниться. 
Прошел месяц. Пошел Семен опять в город за пенсией. Опять на копейку прибавка вышла: получил Семен три копейки. 
Идет Семен из города, а на дороге стоит тот же человек и змею давит. Семен сразу же к нему: 
 — Не убивай ее, эта змея вишь какая, я и не видал такую — должно, она неядовитая. Лучше продай ее мне. 
Купил он змею за все деньги, сколько было у него, за три копейки, положил ее за пазуху и пошел домой. 
Змея отогрелась и говорит: 
 — Не жалей, Семен, что последние деньги за меня потратил. Я не простая змея, а змея-Скарапея. Без тебя пришла бы мне смерть, а теперь я жива, и мой отец тебя отблагодарит. 
Пришел Семен домой и выпустил змею из-за пазухи. А мать как увидела змею, так на печку залезла и даже побранить сына не может: у нее язык отнялся с испуга. Змея же Скарапея заползла под печку, свернулась там и уснула. 
Вот и стали жить — собака белая да кошка серая, Семен с матерью да змея Скарапея, а всего пятеро. 
Невзлюбила мать Семена Скарапею-змею: то есть ей не даст и воды не поставит, то на хвост наступит. 
Говорит тогда Скарапея Семену: 
 — Твоя мать обижает меня. Проводи меня к моему отцу. Поползла змея по дороге, а Семен следом пошел. Долго шел он за змеею — день и ночь. Обступили их темные дебри. Подумал Семен: куда он идет и как назад вернется? А змея утешает его: 
 — Не бойся ничего, сейчас доползем, это уж змеиное царство началось, видишь? А я змеиного царя дочь, и сейчас мы увидим моего отца. А теперь слушай. Вот когда я скажу ему, как ты меня спас, он поблагодарит тебя и даст тебе много золота, а ты золота не бери, а попроси одно золотое кольцо, что у отца на пальце. Кольцо это волшебное. Отец для меня его бережет, а я хочу тебе его подарить. 
Пришел Семен со змеиной царевной к Змею-царю. Змей обрадовался дочери. 
Говорит он Семену: 
 — Спасибо тебе, Семен, спас ты мне любимую дочь! Выдал бы я ее замуж за тебя, не пожалел бы, да есть у нее сговоренный жених. Бери у меня золота сколько хочешь! 
Семен золото не берет, а говорит змеиному царю: 
 — Дай мне кольцо с твоей руки, оно мне будет в память о твоей дочери. На нем, видишь, на твоем кольце, змеиная головка выдавлена и два зеленых камня, как глаза, горят. 
Задумался змеиный царь, а потом снял кольцо с руки и отдал Семену и сказал ему потихоньку на ухо, как надо действовать кольцом, чтобы вызывать волшебную силу. 
Попрощался Семен со змеиным царем и с дочерью его Скарапеей, а невдалеке тут стоял еще приемный сын змеиного царя — Аспид; так Семен и с ним попрощался. 
Пришел Семен домой, к матери. А ночью, когда мать легла на покой, Семен переместил змеиное кольцо с пальца на палец, и в тот же момент явились перед ним двенадцать молодцев. 
 — Здравствуй, новый хозяин, — говорят. — Чего тебе надобно? Семен им в ответ: 
 — А насыпать, братцы, муки амбар, да сахару, да масла немного. 
 — Ин ладно, — молодцы говорят. И пропали. 
Проснулся Семен наутро, видит — мать корки сухие мочит да жует их старыми зубами. 
 — Чего же ты, мать, теста не поставила и не охаживаешь его? Поставила бы тесто и пирогов бы напекла. 
 — Очнись, сынок! У нас второе лето муки и горсти нету. 
 — А ты наведайся, мама, в амбар — гляди, и найдешь. 
 — Да там и мыши с голоду подохли! Чего глядеть в пустое место? Нешто дверь пойти наглухо припереть. 
Пошла мать к амбару, тронула дверь, а дверь распахнулась, и мать Семена головой в муку так и упала. 
С тех пор они стали жить сытно. Половину муки Семен продал и купил на все деньги говядины, так у них и кошка с собакой каждый день котлеты ели, шерсть у них лосниться стала. 
И увидел однажды Семен видение во сне. Только он задремал, видит, как живую, прекрасную девицу, а проснулся — нету ее. Затосковал Семен по ней, а где она, и сам не знает. 
Переодел он змеиное кольцо с пальца на палец. И двенадцать молодцев — вот они. 
 — Чего прикажешь, хозяин? 
 — спрашивают. 
Семен им: так и так, говорит, видел я прекрасную девицу, а где она, не знаю, а туда-то мне и надобно. 
Глядь — и очутился Семен в другом царстве, где жила та самая прекрасная девица. 
Спросил он у тамошнего жителя о прекрасной девице. 
 — Это которая? — спросил у Семена житель. Семен рассказал, какая была девица. 
 — Так она царская дочь! — сказал ему житель. 
Переместил Семен кольцо и велел молодцам доставить его во дворец к царевне. Очутился он во дворце, видит он молодую царевну, и тут она еще лучше была, чем почудилась ему во сне. 
Вздохнул Семен — чего будешь делать? — и опять за кольцо: вызвал молодцев и велел возвратить его домой. 
Вот живет он дома, да грустно ему без царевны: и пища не естся, и брага не пьется. 
Смотрит на него мать: 
 — Заболел ты, что ли, либо скучаешь о ком? 
 — Скучаю, мама, — сказал Семен и рассказал, что с ним случилось. 
А мать, как услышала, испугалась: 
 — И что ты удумал? Да разве можно крестьянскому сыну царевну любить? Цари-то — люди ложные и лукавые, они и насмеются, и надругаются над тобой, и жизни тебя лишат, а уж дочь за тебя не выдадут! Женись-ка ты на бедной крестьянской девушке, глядишь — и счастливым будешь. 
А Семен одно говорит: иди, мать, да иди — сватай за меня царевну. А мать не идет, не хочет. 
Подумал тогда Семен, что ему делать, и выдумал. Взялся он за свой змеиный перстень, вызвал молодцев. Те — вот они: 
 — Чего надобно, хозяин? 
 — А надобны мне хоромы, и чтоб к утру были готовы. А для матери устройте в хоромах богатые покои и в постель ей положите пуховую перину. 
Молодцы ему в ответ: 
 — Построим хоромы, хозяин, и перину пухом набьем! Проснулась наутро Семенова мать, а подняться сразу не может: угрузла она в пуховой перине. Смотрит вокруг по горнице — узнать ничего не может: во сне, что ли, это иль взаправду? Тут Семен к ней подошел и говорит: 
 — Здравствуй, мама! Значит, все взаправду. Спрашивает она: 
 — Откуда же у нас добро такое явилось? А сын ей в ответ: 
 — Добро, мама, из добра явилось. Теперь и тебе жить покойнее будет, и мне за кого хочешь свататься можно — всем я ровня. Подумала мать: «Ишь, сын у меня какой умелый да удалый!» 
А сын ей опять за свое: 
 — Ступай, матушка, к царю и царевне, посватай за меня царевну. 
Огляделась мать, прошлась по хоромам. 
«Эко дивно стало у нас! — видит она и решила- — А схожу-ка я и вправду к царю, посватаю его дочку! Хоть и не ровня мы ему, да уж теперь нам до него недалече». 
И пошла. 
Приходит она в царску избу, в столовую горницу. Царь с царицей в тот час чай пили и на блюдце дули, а молодая царевна в своей девичьей горенке приданое перебирала в сундуках. 
Вот царь с царицей в блюдца дуют, на Семенову мать не глядят. Из блюдец брызги летят, чай проливается на скатерть, а чай с сахаром. Царь, а чай пить не умеет! 
Семенова мать и говорит: 
 — Чай — не вода. Чего брызгаете? Царь глянул на нее: 
 — А тебе чего надоть? 
Вышла мать на середину горницы, под матицу *. 
 — Здравствуйте, — говорит, — царь-государь-император. У вас товар, у нас купец. А не отдадите ли вашу дочь замуж за нашего сына? 
 — А кто такой твой жених? Каких он родов, каких городов и какого отца сын? Мать в ответ: 
 — Роду он крестьянского, деревни нездешней, а по отчеству Семен Егорович. Не слыхал такого? Тут царица так и ахнула: 
 — Да что ты, сватья, с ума, что ль, сошла? Мы в женихах-то как в сору каком роемся — выбираем. Разве пойдет наша дочка за мужика? 
Обиделась Семенова мать за сына: 
 — Это какой мужик, матушка, случится! Другой мужик — против него и десять царских сыновей ничего не стоят, а уж про девок-дочерей и говорить нечего! Таков вот и мой! 
Царь придумал здесь хитрость. 
 — Пусть, — говорит, — твой жених от нашего избяного дворца да до вашего крыльца мост хрустальный построит. Тогда мы по такому мосту приедем женихово житье смотреть. 
Вернулась Семенова мать к родному двору. В сенях ей попались навстречу собака с кошкой, гладкие стали.

* Матица — потолочная балка в деревенской избе.

Мать в сердцах прогнала их прочь. «Ишь, — подумала, — только спят да едят! Какая от них польза!» Сказала она сыну: 
 — Понапрасну ходила, не согласны они. 
Семен удивился: 
 — Неужели не согласны? За меня-то? 
 — А ты думал — обрадуются! А царь еще и посмеялся над нами «Пусть, говорит, от нас до вас жених мост хрустальный построит, а мы к вам по хрусталю приедем в гости». 
 — Это, мама, ничто для нас! 
Ночью Семен переметнул кольцо с одной руки на другую, вызвал молодцев и велел им построить к утру хрустальный мост, и чтоб мост от ихнего крыльца до царского избяного дворца поверх прошел, через все реки и овраги, и чтобы по мосту самосильная машина ходила 
С полуночи до зари повсюду окрест молотки стучали и пилы пилили. 
Семен вышел утром на крыльцо, глядит — а мост уж готов, и по хрустальному мосту ходит самосильная машина. 
Семен к матери: 
 — Ступай, мама, к царю теперь. Пусть они в гости к нам собираются, я на самосильной машине туда подкачу! 
Пошла мать к царю. Только ступила она на мост, на хрусталь самый, а хрусталь скользкий, тут ветер подул на нее сзади, она присела от страху, да так и покатилась до самого царского крыльца 
Приходит она к царю: 
 — Вчерась была я у вас, так вы мост построить велели жениху. Поглядите в окошко — вот тебе и мост готов. Глянул царь в окошко: 
 — Ишь ты ан правда — мост! Знать жених-то умелец! Надел царь золотые парчовые штаны, надел корону, кликнул царицу и вышел на крыльцо. Пошатал он перила — прочно ли стоят? Похлопал ладонями по хрустальным кирпичам — не подделка ли? Нет, мост построен по доброте. 
Тут Семен на чудной самосильной машине подъехал. Отворяет он дверку в машине и говорит: 
 — Садитесь, царь-государь с женою-супругой, пожалуйте к нам в гости. 
 — Я-то с охотой, — царь говорит, — а вот жена моя как бы не оробела. 
Семен к царице, а она руками машет: 
 — Не поеду Страсть какая! Сронит в реку, так что тут хорошего! 
Здесь явились вельможи к царю Старший вельможа совет подает 
 — Надобно, государь, проехать, пример показать. Пусть не подумают, что ты оробел. 
Делать нечего. Влез царь с царицей в машину, а вельможи на запятках, на штырях повисли, за крючья уцепились. 
Засвистела, зашумела, загудела, задрожала машина, в звонок зазвонила, жаром-паром запыхтела, скакнула и поехала. Ехали, всю дорогу качались — спасибо, недалеко было, всего один мост переехать. 
Доехали до. Семеновых хором; Семен из машины вышел, хотел царю дверку открыть, а уж вельможи вперед него поспели — волокут они из машины царя и царицу, поддувалами на них машут, в чувство их приводят, чтоб они опомнились. 
Царица серчает-кричит, а царь хоть и молчит, да, видно, ей поддакивает. 
 — Ох, тошно! — шумит царица. — Ох, укачало, растрясло и растрепало! Ой, шут с тобой, где ты есть, жених-то? Бери девку, а мы-то обратно пешком пойдем. 
А далее вышло все по желанию Семена. Выдали за него девку-царевну, и стал он жить с женою. Сперва они хорошо жили, нечего сказать. 
Да случилось вот что. Пошел Семен с женою в лес гулять. Зашли они далеко, уморились, легли под дерево и задремали. 
В то время проходил по лесу Аспид, приемный сын Змея-царя. Аспид увидел кольцо на пальце Семена и от зависти превратился в гадюку. Он давно хотел, чтоб это кольцо было у него, он знал его волшебную силу и просил его у Змея. Однако Змей-царь не отдал Аспиду волшебного кольца и не сказал, как им надо орудовать. Обратился Аспид в прекрасную девицу, прекраснее молодой жены Семена, разбудил Семена и позвал за собой. «Тогда и кольцо мое будет», — подумал Аспид. А Семен поглядел на незнакомую прекрасную девицу, что манила его, и сказал ей: 
 — Ступай, куда шла. Хоть ты и хороша, даже лучше моей жены, да жена мне милее, за тобой я не пойду. 
Сказал так Семен и опять заснул. 
Обратился тогда Аспид в прекрасного юношу, в молодца из молодцев. Вот разбудил он царевну, жену Семена, и красуется перед ней, 
«Ой, ктой-то! — подумала царевна. — Да он лучше Семена! Вот бы мне в женихи такого, когда я девкой была!» 
Приблизился Аспид к Семеновой жене и протянул ей руку. Царевна поднялась с земли, поглядела на Семена, а у него сор на лице, ноздрями он пыль раздувает. 
 — Ты чей? — спросила царевна у Аспида. 
 — А я царский сын, по прозванью Молодец из Молодцев. 
 — А я царская дочь. 
 — Пойдем со мной, я тебя не обижу! 
 — Пойдем, молодец? — сказала Семенова жена и подала Аспиду руку. 
Аспид нашептал на ухо царевне, научил ее, что надо сделать, а царевна на все согласилась, Тогда Аспид ушел. А он научил ее вызнать у Семена действие волшебного кольца и принести ему то самое кольцо. 
Вот пошла она с Семеном домой, взяла его за руку и спросила его, правда ли, что у него на пальце кольцо волшебное. И если он любит ее, пусть скажет, как это кольцо действует. 
Семен, по доброте, рассказал жене про свое кольцо. «Раз жена меня любит, — подумал Семен, — пусть и о кольце моем знает, она мне зла не сделает». 
И надел Семен волшебное кольцо на палец жены. Когда кольцо понадобится, его всегда можно взять обратно. 
А ночью царевна переместила кольцо с одного пальца на другой, и немедля явились двенадцать молодцев: 
 — Мы — вот они! Чем служить тебе, новая хозяйка? Царевна дает им наказ: 
 — Служите мне вот чем. Возьмите эти хоромы да и мост хрустальный и перенесите их туда, где живет Молодец из Молодцев. 
Только и был женат Семен Егоров сын. 
Проснулся он с матерью — ничего у них нету, одна худая изба и амбар пустой, как прежде было. И остался Семен с одной матерью, да еще кошка и собака при них, всего четверо, а есть им, считай, нечего. 
Семен не вздохнул, не пожаловался. Вспомнил он, что мать ему говорила: не женись на царевне — не будет счастья. Не послушался он матери! 
Поглядел Семен с горя в окошко, видит — карета едет, а в ней царь. Вышел царь из кареты как раз напротив Семенова окошка; 
смотрит — куда что делось: ни хором нету, ни хрустального моста, ни блеску — одна худая изба, а в окошко на царя Семен глядит. 
Царь как закричит: 
 — А что тут такое? А где моя дочь-царевна? Ах ты, обманщик! 
Семен вышел к царю, сказал ему правду, как было: что царская дочь взяла у него волшебное кольцо и обманула его. 
Царь правде не поверил, а разгневался и велел посадить Семена в тюрьму, покуда он не скажет, где царская дочь. 
Увели от матери сына, не стало у нее кормилица. Оголодала старуха. Кликнула она кошку и собаку и пошла побираться. Под одним окошком хлеба попросит, под другим съест. А тут захолодало, потемнело, лето состарилось, к зиме пошло. 
Кошка и говорит собаке: 
 — Пропадем мы все. Пойдем царевну сыщем и возьмем от нее волшебное кольцо. Нас хозяин от смерти спас, теперь мы его спасем. 
Собака была согласна. Она понюхала землю и побежала, а кошка за нею. 
Далеко им пришлось бежать. Сказывать скоро, а идти далеко. 
Бежали они, бежали, покуда не увидели хрустальный мост и Семеновы хоромы, в которых и они прежде жили. 
Собака осталась снаружи, а кошка пошла в хоромы. Забралась она в спальню, где спала царевна, Семенова обманщица. Увидела кошка: царевна во рту держит волшебное кольцо, меж зубов у нее оно блестит. Боится, знать, как бы не украли. 
Поймала кошка мышку, надкусила ей ухо и научила ее уму-разуму, что мышка должна сделать. Влезла мышка на кровать, неслышно прошла по царевне и стала своим хвостиком свербить у нее в носу. Царевна чихнула, ртом дыхнула, кольцо на пол упало и покатилось. 
А кошка хвать кольцо — и в окно. Пока царевна проснулась, покуда она туда-сюда — кольца уж нету, а та мышка, что хвостиком у царевны в носу свербила, уж на кухне корочку грызет: она-де ни при чем. 
А кошка и собака домой бегут. Они не спят, не едят — им некогда, они торопятся. Бегут они через горы, через лесные дебри, плывут через реки и чистыми полями бегут. Кошка волшебное кольцо держит под языком, рта не разевает. 
Вот уже перед ними последняя река, а за рекою видна ихняя деревня, там и Семенова изба. 
Собака и говорит кошке: 
 — Садись ко мне на спину, а я поплыву. Да смотри кольцо держи крепче в зубах, не оброни. 
Поплыли они по реке, доплыли до середины. Собака говорит: 
 — Смотри, кошка, не говори: кольцо утопишь. Кошка молчит. Проплыли еще немного, собака опять: 
 — Молчи, кошка! 
А кошка и так рта не открывает. Собака снова к ней: 
 — Не вырони кольца-то! Молчи лучше! Кошка и сказала: 
 — Да я молчу! — и уронила кольцо в реку. Выбрались они на берег и давай драться и ругаться. Собака визжит: 
 — Это ты виновата, кошка-болтушка! А кошка в ответ: 
 — Нет, это ты брехунья! Зачем ты говорила, когда я молчала? А тут рыбаки вытащили сетью рыбу на берег и стали ее потрошить. Увидели они — кошка с собакой не ладят, подумали, что голодные, и бросили им рыбьи внутренности. 
Схватили кошка с собакой рыбьи внутренности, стали есть, съели немного, вдруг — хряп! — твердое попалось. Глядят — кольцо! 
Оставили они еду и побежали в деревню. Пробежали мимо своей избы — нет ли там хозяина? Глядят — нету его, а мать побирается. Побежали в город, в тюрьму, где Семен был. 
Взобралась кошка на тюремную ограду, ходит поверху, глядит, где Семен там, а не знает. Хочется ей помяукать, помурлыкать, да кольцо у нее под языком, боится обронить. 
К вечеру выглянул Семен в тюремное окно, хотел поглядеть на белый свет. Кошка увидела Семена и по дождевой трубе, а потом по стене забралась к Семену в каземат. 
Семен взял кошку на руки. «Вот“ — думает, — хоть и кошка, а сердце у нее верное, помнит она меня!» 
Кошка мяукнула и обронила на пол волшебное кольцо. 
Поднял Семен кольцо и вызвал двенадцать молодцов. Те явились тут как тут. 
 — Здравствуй, дорогой старый хозяин, — говорят, — прикажи, чего тебе надобно, а мы живо исполним! Семен им говорит: 
 — Перенесите откуда ни на есть мои хоромы сюда; и кто там живет, пусть в горницах будет, — я погляжу. И мост хрустальный приподнимите да сюда его уставьте, а только другим концом отверните его от царской избы и опустите в соседнюю деревню. 
Все было исполнено, как приказано Семеном. Хоромы его стали на место, а в них оказалась молодая царевна с Аспидом своим. Ну, ушли они из Семеновых хором, пошли жить к отцу царевны, — куда же еще? 
Аспид же как узнал, что царевна кольцо потеряла, так от злости превратился в змею-гадюку. 
И не мог уже он обратиться в молодца, потому что не проходила в нем злоба на царевну. Так и остался Аспид гадюкой; он только и делал, что шипел на царевну и бранил ее. Тут отец царевны вспомнил про Семена. 
 — Эх, — говорит, — а ведь Семен-то хоть и простой, да добрый малый был, а вот Аспид хоть и не простого рода, да ведь гадюка! 
А Семен с матерью опять в хоромах жили, и собака с кошкой при них. 
Семен на самосильной машине каждый день наведывается в соседнюю деревню; по хрустальному мосту дорога туда близко стала. 
Слышно еще, Семен из той деревни жену себе берет; живет там одна девушка-сирота, прекраснее той царевны, вот ее и сватает Семен. 
Должно, так и будет — женится Семен на сироте, пойдут у них дети, и новая сказка начнется.

Share on FacebookShare on VKShare on Google+Tweet about this on Twitter

Читайте также: